Отзывы на спектакль «Ромео и Джульетта»

Из отзывов зрителей на спектакль «Ромео и Джульетта»

Оксана Аведикова (медсестра) пишет:

Сегодня с дочерью побывали на премьере “Ромео и Джульетта”. Как всегда, под впечатлением с первой минуты и до конца. Перед спектаклем были удивлены, что нет декораций: все-таки Шекспир, Верона и т.д., а тут только красное и черное. Но в процессе просмотра, когда уже все погружены в действо, вдруг увидела кровавую реку, разделяющую два враждующих семейства. Необыкновенная игра актеров заменяет любые декорации, погружая зрителя в мир чувств и переживаний. Сама природа сегодня присоединилась к происходящему на сцене, удачно вписав в сценарий звуки дождя и грома:). Масса приятных впечатлений, Вы заставляете приоткрыть что-то закрытое в глубине души, и еще долго остается какое-то приятное тепло. Спасибо за прекрасный вечер. Будем ждать новых премьер. Удачи и творческого процветания всему коллективу. Молодцы!!!

Юлия Гайворонская, «НН Студия» пишет:

Вчера побывала на «Ромео и Джульетте» и неожиданно по-новому взглянула (благодаря «жукам») на эту драму. Вспомнилась замечательная мысль Паскаля, что всё человечество – это один человек, живущий вечно. Мы — фрагменты безграничной мозаики. И история Ромео и Джульетты в интерпретации Ольги Терновой – это история всеобщего бесконечного противоречия и противоборства, отраженная в каждом из нас, как в маленьком зеркальце. Добро и зло ведут свой вечный спор. Арена — сердце каждого из нас. Каждое мгновение мы делаем выбор – с кем мы.
Человек – и прекрасен, и одновременно чудовищен. Способен на возвышенную любовь и тут же склонен к мелочам и мести.
Герои спектакля – суть один герой, дробящийся на многое множество лиц. Актёры непрестанно перемещаются, перемешиваются, перетекают из одного образа в другой, нередко противоположный. Нет деления на черное и белое: и Монтекки, и Капулетти – все одинаковы, все в белом.
Это цвет данного спектакля, прерываемый алой лентой смерти.
Финал подводит черту: человек не перестает толкать другого человека. Даже после того, как получил, казалось бы, мощнейшую прививку опытом большой беды…
«Жуки» смогли рассказать нам эту вечную историю своим языком, совершенно отличным от всего того, что уже столько раз было сказано.
Кстати, особо напряженные сцены поддержали раскаты буйного весеннего грома.
Спасибо за хороший вечер ребятам и неуёмному ливню.
Это было очищающе.

Анна Селевич пишет (из отзыва «Ромео и Джульетта — новая жизнь великой трагедии», опубликованном в блоге о харьковских театрах «Без грима» 8 апреля 2013 года):

Весна для Театра на Жуках началась премьерой спектакля «Ромео и Джульетта» по одноименной трагедии У. Шекспира, которая уже несколько столетий не «выходит из моды». Множество известных постановок этого произведения существует. Когда-то в ролях Ромео и Джульетты на сцене театра блистали Лоуренс Оливье и Вивьен Ли, Дмитрий Барков и Алиса Фрейндлих. Бесчисленное количество постановок, каждый режиссер пытался показать свою историю вечной любви. Делать постановку «Ромео и Джульетта» немного рискованно в любом случае, а сделать ее по-новому – вдвойне.

Театр на Жуках вас не шокирует своей постановкой «Ромео и Джульета», как, например вариант трагедии Жолдака, которую мне довелось увидеть. И, поверьте, это к лучшему. Ведь не все, что шокирует и поражает, можно назвать искусством. Но и классической постановки пьесы Вы тоже не увидите. Часто можно наблюдать, когда режиссер, создавая спектакль по произведению нашумевшему и имеющему множество вариантов театральных воплощений, стремится покорить зрителя где-то шоу, где-то экстравагантностью, зачастую — шокировать. Под шоком не всегда подразумевается эстетическое зрелище. Режиссер театра Ольга Терновая нашла новые формы, оттенки, идеи, ей удалось представить известную всему миру трагедию по-своему. Конечно же спектакль имеет тот же хорошо уловимый почерк театра на Жуках. Его можно прочувствовать, посмотрев не один спектакль. Все так же уделяется большое внимание мелочам , что дает возможность лучше понять суть и прочувствовать смысл. И все же постановка «Ромео и Джульетта» стала новым витком в творчестве театра, на мой взгляд. В спектакле подкупает простота, меня покорило именно это. Костюмы и декорации очень просты, они не выделяли героев, скорее обезличивали их. В таком варианте не костюм окрашивал образ, а скорее наоборот, — он был фоном, а главной окраской стали игра и пластика актеров. Особенность спектакля —  многоличие героев трагедии. У меня создалось впечатление, что герой помещался между зеркалами и отражался несколько раз. Голоса, слова также отражались эхом. Поэтому образы Ромео и Джульетты скорее витали в воздухе и не имели четкого обрамления. Актеры перемешивались, перетекали из одного образа в другой. Символичными стали цвета костюмов и декораций. Их было всего три: черный – цвет фона, теней; белым цветом костюмов выделялись фигуры актеров, как в технике «граттаж» появляется рисунок на черном фоне; красный – цвет крови, войны, страсти. Красным были обозначены полоса, разграничивающая враждующие семьи, кровь, маски безликих.

Несмотря на новый подход к трагедии, суть не была утеряна, главная идея сохранена, а текст адаптирован, но узнаваем. Все это конечно идет в плюс постановке.

Тронула игра юных актеров, хотя Ромео казался мне иногда менее страстным и влюбленным, нежели Джульетта. Но основное впечатление осталось положительным. Несмотря на то, что спектакль является трагедией, он оставляет светлые чувства. А после его окончания зрители еще несколько минут оставались на своих местах и как будто ждали продолжения, хотя история достигла логичного конца.

Во время спектакля на улице шел сильный дождь и слышались раскаты грома, что так удивительно в апреле. Это только прибавило эффекта. Казалось, небеса сочувствовали трагедии любви Ромео и Джульетты.

Евгений, тестировщик пишет:

Побывал на спектакле “Ромео и Джульетта”. Приятно удивлён уровнем театра, актёры играют естественно, всему происходящему на сцене веришь. В связи с дальним расположением театра и относительно низкой ценой билета, ожидал спектакль поскромнее, но, к счастью, ожидания не оправдались. Рад, что открыл для себя “Жуков”. Спасибо.

Светлана Скрулетова, хороший человек, Липецк пишет:

Ребята! Атмосфера замечательная! После спектакля “Ромео и Джульетта” 20 апреля видела эмоции своих детей, была приятно взбудоражена! Вы заставляете наши мозги “скрипеть”, а сердца чувствовать! Спасибо Вам огромное! Если когда-нибудь доведется еще раз побывать в Харькове, посещение Вашего театра будет первым в списке! Творческого Вам полета!

Артем Куцолабский, друг из Николаева пишет:

Ромео и Джульетта. Джульетта и Ромео. Два имени, от которых то теплеет, то холодеет кровь. Любовь, от которой недалеко до отчаяния; отчаяние, от которого недалеко до предательства; отказ от родной семьи, от которого рукой подать до кровопролития; преступление, которое карается изгнанием; изгнание, которого не пережить без возлюбленной/возлюбленного… и смерть. Вот и весь путь. Коварство, проявляемое злейшим врагом – ничто, по сравнению с коварством самой судьбы. И нет от нее защиты. Ведь, правда, Ромео? Правда, Джульетта? Теперь и ты знаешь об этом, зритель.
Бессмертный драматург. Вечная история, уложенная всего в один час сна, именуемого жизнью. Скромность декораций? Но не сосчитать страстей, внушенных во время сна. Запинки и юный вид актеров? Но разве не так выглядит первая любовь, которой суждено стать и последней? Разбрызганная на белых полотнах кровь – сценическая вместо настоящей? А вы пробовали ее на вкус? Голос Ромео, дробящийся на множество мужских голосов. Мольба Джульетты – на губах каждой из актрис. Гипнотическая тишина, наступающая после вулканического взрыва отчаянья. Пробирающая до дрожи игра на контрасте шепотов и криков. Только почему, если это всего лишь игра, тело мое покрылось гусиной кожей?

Татьяна Самсонова, дизайнер интерьеров пишет:

Огромное спасибо Театру На Жуках за то, что он есть! Вчера побывала на «Ромео и Джульетте», до сих пор нахожусь под сильным впечатлением. Очень хочется похвалить саму Джульетту, Анастасию Терновую, благодаря ей я впервые осознала это произведение как цепь ярких и трагических событий в жизни очень молодой девушки, безумно ей сопереживала, и сыграла эту роль она отлично! Также низкий поклон режиссеру за столь емкую передачу эмоций… когда много людей читают один монолог, получалось, что один делает это робко, другой страстно, третий восторженно/нежно/радостно/печально/грустно/испуганно/дерзко… — сразу понятно, как много чувств переполняет одного человека! Не буду писать обо всем, моментов о которых хочется говорить, было множество! Как всегда, много интересных переходов и красивых стилизаций, очень понравились намеки на поединки, танцы, поцелуи. Актеры молодцы! Всем и каждому мое спасибо, со вчерашнего дня думаю и говорю только о вас!

Ірина Кобзар, актриса Театра ім. Т.Шевченка, викладач театрального факультету ХНУМ ім.Котляревського пишет:

Завжди люблю приїжджати на Жуки трохи раніше.., щоб не ВСКОЧИТИ у виставу, не вирватися зі своєї дійсності на пару годин, не силкувано перервати свій буденний ритм, а повільно, зупинивши час …навшпиньках, тихесенько, не порушуючи особливого душевного настрою самої ТЕРИТОРІЇ ТЕАТРУ НА ЖУКАХ, приєднатися, доторкнутися, зазирнути у різнокольорові, сяючі віконця теплого і витонченого, візерунками вирізбленого ДОМУ НА ЖУКАХ. Так сталося і цього разу — місто впливало в осінь, люди загорталися в теплий одяг, пахло хризантемами, мерзли кінчики пальців… уже усвідомлюючи це все, відчувала, що… вечір дихатиме поезією… Поезія — це ж не просто ритми і рими…- це і настрій, відокремлений від звичайного поступу часу, і певний інтелектуальний резонанс, і непевний, наче зворохоблений стан душі, і очікування, і розчарування, і ТОНКІ, ЗДОРОВІ ЕНЕРГІЇ БУТТЯ. Отакою я вже впливла до театру, і тут — МУЗИКА… ледь чутні звуки чи то лютні, чи то клавесину, аж під ребрами щось почало… чи-то булькати, чи-то пухирчиками щастя лопатися… так легко стало. Ніжно-ніжно, наче тобі в очі глянуло крихітне живе створіння… і побачило тебе в тобі, і всміхнулося до такої міри лагідно, що раптом із самої глибини в тебе вирвалися і стогін, і сльози, і посмішка одномоментно, і голоси…відчуття, що мене перенесли в часі, в просторі, до іншого виміру… і простору, що дихав передчуттям. А потім — перша музично-симфонічна цитата із давно любленого і багато разів баченого балету… і ти вже у своєму минулому, коли тобі… так само років 14-15…і перші враження від різнобарвних тлумачень «повісті, найсумнішої на світі» — сінематографічного, театрального, музичного… і обличчя людей, що наче виникали теж з мого минулого. Хтось когось нагадував. Чийсь голос викликав якісь асоціації з голосами тих, хто вже відійшов, або назавжди кудись виїхав. Поєднання білого та червоного на тлі чорного — звичайної для трагедії кольорової гами тільки додавало об’єму усьому, що відчувалося… А потім ТЕКСТИ. Раніше я від цього слова смикалася — а тепер розумію, що увесь театр найближчих десятиліть — це усе ж певні відсторонення актора від тексту — це і ознака сучасної мови, і претензія на нові пошуки в царині інтелектуального театру, бо УЯВА як інструмент театрального процесу все менше і менше здатна нас затягувати у свої тенета… через карколомну швидкість зростання гаджетів в нашому житті, які в момент можуть візуалізувати будь-що і в якому завгодно вимірі. Отже — моїм мізкам від усього, що відбувалося на сцені, — була робота. А це означає, що театр мене «за дурепу» не тримав — він включав усю мою систему осмислення дійсності — а це — знову ознака СУЧАСНОСТІ на театрі. Я ж, знаючи навіть деякі тексти напам»ять, все одно проникалася тим особливим ліричним настроєм, який був основним лейтмотивом вистави. Лірика — це те, чого нам так не вистачає… усьому організму людини. Давно, гостро, болісно. Ми переживаємо СОТНІ драм і трагедій щоденно, вже навіть не усвідомлюючи, що це, драма чи трагедія. Починаючи від перших кадрів новин за вранішньою філіжанкою кави і закінчуючи останнім постом на ФБ від когось з друзів про катастрофу, що наближається разом із місцевими виборами… це все стало… пробачте, — фікцією, фоном, гамірним тоном, що оповиває життя, а лірика — це тонка, чуттєва, може трохи не галаслива, але справжня жива інтонація, інтонація наших мрій, наших секретних сакральних шукань. Дякую усім, хто занурив мене в той вечір в цю атмосферу — театрові, режисерові, акторам, глядачам. З радістю і сподіваннями на нові зустрічі. Ваша шанувальниця І.Кобзар

 

Из отзывов критики и СМИ на спектакль «Ромео и Джульетта»

Из статьи Александра Анничева «Бессрочный договор с небытием…»

Газета «Время» от 16 мая 2013 года

В негосударственном театре «На Жуках» режиссер Ольга Терновая завершила работу над спектаклем «Ромео и Джульетта» по пьесе Вильяма Шекспира.

Это второе, после «Двенадцатой ночи», обращение театра к драматургии великого английского драматурга.

Предельно ограниченные размеры сценической площадки, сконструированной только для спектаклей малых форм, в моем сознании никак не подходили даже для предельно сконцентрированного пространственного решения (в своих микроскопических масштабах) такого мощного произведения. На мой взгляд, одна из самых насыщенных массовыми сценами пьеса Шекспира, зажатая тесными рамками «сосуда» вместимостью примерно в 12 кубометров, была не способна обрести полнокровную сценическую жизнь. Однако вопреки сомнениям спектакль получился предельно ясным и столь же чистым. Ольга Терновая так ювелирно поработала над пьесой, что это трудно назвать купированием текста — скорее была выполнена тончайшей работы огранка бесценного «самородка», превращенного умелыми женскими руками в искрящийся многочисленными гранями шекспировских фраз драгоценный медальон.

Режиссерский прием в этом случае сродни творчеству балетмейстера, так как особое место в спектакле занимает символический знак, передаваемый синхронно выверенными жестами в такт ритмической строки. Данность можно констатировать как вариант поэтического театра, но с большими оговорками, потому что присутствуют еще и характерные особенности многочисленных действующих лиц. Осложняет действие и то, что один артист играет двоих персонажей. В этом случае прослеживается тонкая взаимосвязь между особенностями одного шекспировского героя и другого. Наиболее точно это выражено у Евгения Педина, объединившего в себе Меркуцио и Бальтазара — друга и слуги Ромео. В этом присутствует определенная смысловая нагрузка, ведь оба принимают непосредственное участие в судьбе Ромео: один — причина, другой — следствие его жизненной драмы.

Та же тенденция выражена в режиссерском замысле, но слабее воплощена на сцене Максимом Муровайко в роли Тибальта и Париса — брата и того, кого прочат в женихи Джульетты. Сразу троих персонажей «взвалил» на себя Дмитрий Терновой. На его долю выпали: глава враждующего семейства Капулетти, брат Лоренцо и князь Эскал. К сожалению, их сценического единения в одном исполнителе не произошло в силу того, что Дмитрий постарался наделить их совершенно противоположными характерными особенностями, чего нельзя делать в заданных режиссером стилевых особенностях спектакля.

Поразительно точно работают Александра Рыбина (леди Капулетти), Ирина Бондаренко (Кормилица), Анастасия Терновая (Джульетта), Наталья Чопик (Розалина). Здесь важная роль отводится текстовому обозначению персонажа, но, что очень существенно, это происходит по принципу выразительных средств, некогда определенных функций хора древнегреческого театра, в котором важное место занимает эмоциональная тональность солирующего, поддерживаемая большинством исполнителей.

Илья Панасенко (Ромео), вне всякого сомнения, должен был пасть жертвой драматических обстоятельств. И раз уж ему выпала такая сценическая доля, то и выражать её надо предельно ясно. Дебютировавший в этой роли исполнитель стал заложником поэзии Бориса Пастернака, требующей не столько переживаний, сколько смысловой нагрузки и глубокого понимания значения произносимых строк. Увы, в данном случае оказалось недостаточно только того, что и Илья, и Ромео примерно одного возраста. Для того чтобы произнести у гроба возлюбленной:

Любуйтесь ей в последний раз, глаза!

В последний раз ее обвейте, руки!

И губы, вы, преддверия души,

Запечатлейте долгим поцелуем

Бессрочный договор с небытием…

- необходимо найти, понять и осознать нечто большее, выходящее за рамки элементарных представлений о жизни, смерти и любви.

Красивый, только очень сложный спектакль придумала Ольга Терновая! Над таким спектаклем надо работать постоянно, точно так же скрупулезно, как и проделанная работа над драматургическим шедевром. Поэтическая драма — сущее «наказание» для режиссера и актеров. Поэтому, дорогие мои, вы прошли только первый и не самый трудный этап в поиске шекспировской истины. Форма настолько интересна, что заставляет желать большего содержания. Это режиссерский спектакль, а потому все зависит только от умения Ольги Терновой создать сложную систему сообщающихся сосудов, где от уровня одного наполнения зависят все сопутствующие.